СЛОВО В НЕДЕЛЮ МЫТАРЯ И ФАРИСЕЯ.

СЛОВО В НЕДЕЛЮ МЫТАРЯ И ФАРИСЕЯ.

 

Святитель Феофан Затворник.

 

Есть больные, которые ездят лечиться на воды. Как издали начинают они помышлять о  предстоящем путешествии и как заботливо подготавливают все. Чтобы скоро и удобно доехать до целительных вод и сколько можно плодотворнее воспользоваться урочным временем лечения ! Вот и у нас приближается свой курс спасительного врачевания душ наших – святой пост. И мы будем здесь : купаться в слезных водах покаяния, и принимать внутрь

многоцелебное врачевство – Тело и Кровь Господа нашего. Надо готовиться

к нему и нам ; и притом сколько душа выше тела, столько наша забота о сем должна быть сильнее и действеннее.

На первый взгляд нет нужды многим себя обременять. Позаботимся только войти в намерения матери нашей Церкви и воспроизвести в себе указываемые ею приготовительные расположения. В пост будем трудиться над очищением своей совести и исправлением своей жизни. А как успешность сих трудов зависит от умягчения сердца сокрушением, то вот святая Церковь заранее и предрасполагает нас к сему чувству и разными способами хочет возбудить и укрепить его в вас. Ныне притчею о мытаре и фарисее она внушает нам, что самый верный путь к сокрушению есть уничтожение в себе  фарисейского самомнения и укоренение в сердце мытаревом покаянного вопля : « Боже, милостив буди мне грешному !»

 

Святитель Николай Сербский.

 

« Евангелие дарит нам одну из тех притч,что творят чудеса. Разворачивает одну из прекраснейших картин, которая так свежа, словно только сегодня рука мастера положила на нее последний штрих. На эту картину  человеку должно взирать всю свою жизнь, чтобы умирая, он мог сказать, что проник в нее во всей глубине….

 

Иудейский  храм пуст. Полная тишина под его сводами, Херувимы простирают крыльями над Ковчегом Завета. Но что нарушает этот торжественный Небесный покой? Сквозь толпу, сгорбившись, пробирается какой-то человек с печальным лицом; он идет так, как будто считает себя недостойным ступать по земле; стараясь занимать как можно меньше места, опасливо озирается по сторонам, чтобы никого не задеть, смирено улыбаясь, приветствует каждого. Так этот человек, перед которым расступался весь народ и которому оказывали знаки высокого уважения, вошел в храм.

Но что за перемена вдруг произошла с ним? Вот он выпрямился, печально-смиренное выражение лица стало дерзким и повелительным, робкие шаги- уверенными. Он ступает так жестко, словно земля провинилась перед ним; быстро пересек храм и остановился перед Святая Святых. Подбоченясь, вскинул голову. И именно из его уст раздался тот самый скрипучий голос, который нарушил тишину храма.

То был фарисей, который пришел в храм помолиться Богу :

Господи, я пощусь два раза в неделю, даю десятину от своего имения, благодарю Тебя, что я не таков, как другие люди разбойники, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь (Ср.ЛК 18:12,11)

Так молился фарисей. Что я говорю? Нет, не молился — хулил Бога и людей и святое место, на котором стоял… … Я не таков… как  этот мытарь ( Лк. 18.11)

А тем временем у входа стоял человек, своим смирением умножавший божественную тишину  храма, пока в него не вошел фарисей. Маленький, как муравей перед исполином, стоял мытарь перед Господом. Он был одним из тех, кого фарисеи презирали, как грешников, и кто вместе с прочим народом кланялся на улице лицемерным избранникам. Он забился в дальний угол храма, сокрушенный чувством собственной греховности, и трепет от присутствия Божия вливал в его душу ужас и стыд; самое искреннее покаяние пронизывало  все его существо. Единственное, что он мог позволить себе в этот миг, были слова, которые он произносил, низко опустив голову и ударяя себя в грудь: Боже! Милостив буди мне грешнику! ( Лк 18;13)

Вот притча, в которой Христос кратко, но прекрасно и исчерпывающе обрисовал два типа людей, населяющих мир, которыми пестрит любое человеческое общество. По одну сторону стоит величественный и  могущественный, один из тех, что названы слепыми вождями слепых, которые как бы воплощают мудрость и силу, к которым простой человек не смеет приблизиться. По другую сторону – нищие духом и нищие в лицемерии. Народ Божий гонимый и угнетаемый, который находит единственную сладость жизни в надежде на Бога. Одни  учителя- другие ученики. Одни хозяева – другие рабы. Одни обманщики – другие ограбленные. Один фарисей- другой мытарь.

Оба совершили молитву, и вышли из храма. Мытарь – утешенный молитвой и укрепленный надеждой, с легким сердцем и светлым лицом, на котором как бы светились слова Христовы : …таковых есть Царство Небесное ( Мф. 19:14)

Фарисей – с той же мерой гордости и надменности по отношению к Богу и людям, с тем же ощущением презрения ко всем.

В этой притче Христос объял весь мир. Нет на земле человека, который не узнал бы себя в одном из них. Разве мы не встречаем каждый день тех и других? В деревнях, в городах, на улицах, в церкви – всюду только они. Вместе рождаются и вместе умирают. Одним воздухом дышат, одним солнцем согреваются, всегда вместе, всюду вместе- и все таки порознь, ибо одни мытари, а другие фарисеи.

 

« Чувство собственной греховности в присутствии Божием есть драгоценный камень души. Господь ценить его больше, чем все формальные гимны восхищения и благодарности.»

 

« Мытари- сыны света, которые ищут воли Божией больше, чем человеческой. Пред Лицом Божиим – муравьи. А среди людей они исполины. О которых разбивается фарисейская закваска злоба. Это светочи среди людей. Первопроходцы человеческого счастья.»